Федор Конюхов принял сан, и теперь везде, куда заносит его судьба, он ставит часовни и закладывает храмы

Свой новый подрясник диакон Федор Конюхов хранит в старом фанерном чемодане, перевязанном бечевкой. Ручка у чемодана давно оторвалась, но диакон Федор смастерил новую — из проволоки.

— Это чемодан моего отца, с которым он в 45-м году пришел из Берлина,— гордо говорит Конюхов, нежно поглаживая фанерный бок.— Я этот чемодан взял у отца себе. Здесь я храню самые дорогие и нужные мне вещи.

— Как вас теперь называть? Отцом Федором?

— Да просто Федором Филипповичем. Батюшкой я стану после рукоположения в священнический сан.

С самым известным путешественником мира, побывавшем и на Северном, и Южном полюсах Земли, и на Эвересте, мы встретились в одном из уютных старых московских двориков возле Садовнической набережной, где у Федора Конюхова оборудована экспедиционная база и рабочая мастерская. Рядом с мастерской построена часовня в честь преподобного Николая Чудотворца — небесного покровителя моряков и путешественников. На стенах часовни прибиты мраморные доски с именами погибших альпинистов, подводников и моряков.

— Примечательно, что мое поставление в иподиакона совпало с празднованием памяти святителя Николая Чудотворца.

Как и положено путешественнику, Конюхов постоянно спешит. Он только что прибыл в Москву со своей малой родины — из Запорожья, где и сегодня живут его родители. На родине он и принял сан — 23 мая епископ Запорожский и Мелитопольский Московского патриархата Иосиф рукоположил его в диаконы. Это второй по значимости сан в церковной иерархии (самый низший — иподиакон). То есть Федор Конюхов проводить самостоятельно службы пока не имеет права. Но это только пока, ведь останавливаться на достигнутом Конюхов не желает. Так, в Запорожье Конюхов планирует в самом ближайшем будущем построить настоящий храм-корабль.

— Вернее, это будет целый комплекс: маяк, колокольня, центральный храм в византийском стиле, куда будут заходить молиться люди,— говорит Конюхов.— В цокольном этаже разместится небольшой музей о моих путешествиях...

Так что можно не сомневаться, что совсем скоро Конюхов будет рукоположен и в священники. А пока в Запорожье ищут землю под чудо-храм, Конюхов уже мчится на другой край света — на Командорские острова, что в Беринговом море. Там на острове Беринга есть село Никольское — самая восточная точка России. Когда-то в Никольском была Свято-Никольская церковь, закрытая большевиками и уничтоженная в 1983 году пожаром. Конюхов хочет возродить храм на Командорах.

— Это будет самый восточный во всей Русской православной церкви храм! То есть здесь будут самыми первыми служить заутреню, встречая солнце! Это очень важно с миссионерской точки зрения.

— Федор Филиппович, чем можно объяснить, что вы в 59 лет решились на такой крутой поворот в жизни — из путешественников в священники?

— Я давно пришел к этому решению. Я же из семьи священников, и вопрос веры, точнее, верить в Бога или нет, у нас не стоял. Еще будучи советским школьником, я понимал, что есть Господь Бог. И готовился к принятию сана, и, даже будучи пионером и комсомольцем, я все равно тайно носил крестик. Кроме того, знаете... Я уже больше 40 лет путешествую — как Моисей. Нет, я себя с ним не сравниваю, просто совпало так. Но все-таки я считаю, что уже достаточно потрудился и для себя, и для людей, и для собственной славы. А теперь я хочу потрудиться на славу Господа и Церкви. Буду молиться за тех, кто странствует. Ведь кому за них молиться, как не мне?! Вот разве может обычный священник понять альпиниста или моряка?! А я могу их понять, могу подобрать нужные и понятные слова утешения.

— Вам как-нибудь помогают те знания, которые вы получили во время учебы в Ленинградской семинарии?

— Я учился там всего 9 месяцев — это было в 1970-х годах, а потом попал на флот. Семинария дала мне очень многое, больше, чем могло дать любое другое учебное заведение, если бы я там учился и все 9 лет. Но Бог распорядился, чтобы моя дальнейшая судьба была бы связана с морем и странствиями, хотя все эти годы я хранил в своем сердце воспоминания о преподавателях, библиотеке, семинарском духе. Что же касается знаний... Понимаете, научиться читать молитву или выучить какие-то обрядовые вещи очень несложно. Гораздо сложнее научиться любить других людей. Вот это уже сложно...

— Но можно ли научиться вообще любить людей?



«У меня самая большая в стране коллекция корабельных якорей,— говорит Конюхов.— Одна беда: пополнять коллекцию тяжело, больно уж экспонаты неподъемные»
— Я стараюсь. Я очень стараюсь любить всех, каждое мгновение повторяя про себя, что все люди прекрасны, все подобие Божие. Но иногда я очень сильно устаю от людей, от общения с ними, от постоянного внимания к себе. Видите, рядом с часовней у меня построена моя келья (и Конюхов показал рукой на стальную с заклепками дверь, снятую с какого-то корабля). Здесь я запираюсь, чтобы помолиться в одиночестве, когда я устаю от людей.

— Скучаете по одиночным путешествиям?

— Да, у меня были тысячи дней одиночества на пути к полюсам, в горах, степях, пустынях, джунглях и океане. Никто не отвлекал от того, чтобы молиться или просто любоваться этой красотой. Многие люди живут, не замечая этой красоты.

— В одной из своих книг вы писали, что уходили в плавания, чтобы увидеть лик Божий...

— Прежде всего для меня лик Божий — это наша земля: Господь создал и воду, и небо, и всякую тварь, и человека. Когда путешествуешь по земле, видишь это все в различных формах и проявлениях. Я был на всех континентах, посетил более 120 стран, общался с людьми разных национальностей и вероисповедания, но я никогда не видел на нашей планете, чтобы то, что создал Господь Бог, было некрасивым. Океаны, джунгли, болота, леса, степи, пески, реки — все красивое. Нет на земном шаре некрасивых мест, кроме тех, которые испортил сам человек.

— Говорят, что после рукоположения в священники вы оставите свои путешествия...

— Что вы, мои путешествия расписаны до 2020 года. После экспедиции на Командоры я отправляюсь в путешествие по Эфиопии — на верблюде и на машине. Конечно, мне на машине неинтересно ездить, но в Эфиопии есть гористая местность, и верблюды там не ходят. Это скорее будет паломничество по святым для христианства и ислама местам. И прежде всего я хочу посетить собор Святейшей Девы Марии в Аксуме, где, по легенде, находился тот самый ковчег с Десятью заповедями. Второе место — это та деревня, где нашли останки так называемой Евы — самой древней прародительницы человечества. Ну и, конечно, я собираюсь поставить в Эфиопии часовню Русской православной церкви. Везде, куда я приезжаю жить, я теперь стараюсь ставить часовенки. Всего поставил шесть: у родителей, на Дальнем Востоке, в других местах. В Эфиопии поставлю седьмую.

Источник Журнал «Огонёк» № 28 (5138) от 19.07.2010